За последние 100 лет в политической экономии произошли, как и в других общественных науках, существенные изменения. Процесс детализации и специализации научного знания не мог обойти и не обошел стороной такую науку как политическая экономия (об общественных отношениях в материальном производстве и социально-экономических фармациях). Классическая политическая экономия XIX века в первоначальном виде перестала существовать. Выделились отраслевые и специальные экономические науки, выделился и превратился в ветвь современного экономического знания так называемый «экономикс» (аналитическая часть западной экономической теории о рыночных отношениях).
Какие –то проблемы и вопросы отошли к социологии и политологии, получившие сегодня очень большое развитие. На границе с ними и традиционной экономической теории возникла «новая политическая экономия», которая сохранила свои основы.
Классическая политическая экономия как наука начинается с Адама Смита и заканчивается товарно-капиталистическим хозяйством, т.е. политэкономическим анализом, который осуществил К. Маркс. (Рубин И.И. Проблемы экономики, 1929, № 4-5. С.204).
Выделение труда, как основы экономического процесса и, соответственно, политической экономии составляет заслугу классической школы политической экономии как науки социальной. Политэкономия сложилась как наука в результате ожесточенной борьбы разных классов и групп.
Замалчивание или умаление роли политической экономии как «общетеоретической дисциплины в науке» в развитых странах Запада, по их оценкам, есть свидетельство, некоторого возможного снижения напряженности социального противоречия, т.н. демократизации форм классовой борьбы, якобы исчезновение самих классов и, наконец, «угасание рыночной экономики». Возможно, рынок и собирается в текущем столетии «угаснуть», но пока еще нигде не угас (а по утверждению западников, становится мировой экономической и политической системой, некими «правилами» обязательными, якобы, для других стран, с чем столкнулась Россия в начале XXI века. Кто и когда эти «правила» устанавливал? - прим. ред.). Россия, уже который год, ведет с западными партнерами, конкурентами и противниками дискуссии, критикует политику западной глобализации, двойные стандарты «цивилизационного общества», рыночные и нерыночные ограничения, т.н. «экономические санкции» в Международном валютном фонде (МВФ). межгосударственных отношениях, мировой банковской системе, в США и ЕС, нарушающие официальное международное право, установленное государствами и ООН после второй мировой войны (прим. ред.).
Некоторые политэкономы, пытаясь активно влиять на сегодняшнюю экономическую политику, любят говорить, что они занимаются наукой, а не политикой. Это верно при самом общем, первом подходе к вопросу. Конечно, они не занимаются политикой в прямом смысле борьбы за власть в качестве партийных или сугубо политических деятелей. Но они занимаются изучением экономической политики, дают оценки и прогнозы, комментируют текущую ситуацию, влияют на нее, а это основная, главная политика, выступают как экономические идеологи, развивают политэкономию и цивилизацию социализма.
Политэконом – не политик, не партийный работник, а ученый – экономист, историк, социолог, философ и даже юрист, который анализирует и оценивает экономическую политику, которую проводит то или иное правительство (или политические партии), согласно истории и практики экономических учений, общественных законов развития, теории государственного, гражданского, общественного строительства и права, а главное - борьбы трудящихся за свои экономические и политические права.
Значит, политэкономы оценивают политическую линию правительства в экономической области. Значит, хочет этого политэконом или не хочет, но он вынужден вторгаться в политическую сферу, но с оценочными и прогнозными подходами науки, как эксперт – специалист и консультант.
То есть, с помощью специфического политэкономического анализа констатировать, что в результате данной экономической политики государства и действий (решений) правительства выигрывают имущественно (по доходам и состояниям) такие – то социальные слои и классы, а проигрывают (теряют доходы, упускают выгоду, ухудшают свои условия жизни) такие - то.
Так, например, от введения в РФ горизонтальной шкалы подоходного налога, вместо прогрессивной, существенным образом выиграли имущественно богатые слои населения. Политэконом может констатировать, что введение для всех ставки подоходного налога в размере 13 процентов означает проведение экономической политики в интересах исключительно состоятельного класса.
Или многолетний вопрос о размерах выплаты трудовых страховых пенсий, касающиеся почти 40 млн. граждан старшего возраста или трети населения страны (где даже средний размер пенсии 23-27 тысяч рублей покрывает не более 70-80 процентов необходимых расходов), а большим вопросом, за счет налогов всех трудящихся, остаются престижные пенсии региональных чиновников «за выслугу лет»? Или, когда на 10 процентов собственников приходиться 83 процента всего благосостояния страны?
Однако есть и более позитивные примеры социальной политики: по экономическому стимулированию и увеличению рождаемости, материальной поддержки многодетных семей, низкий уровень безработицы, доступность получения профессионального образования, обеспечение продовольственной безопасности, сдерживание «взрывного» роста тарифов на жилищно-коммунальное услуги, социальные цены на продукты первой необходимости (хлеб, молоко, яйцо, суповой набор), дотации на проезд пенсионеров в общественном транспорте, социальные помывки в бане, пункты обогрева и социального питания, временного пребывания для лиц без определенного места жительства, некоторые другие меры поддержки бедных и деклассированных слоев населения, по определению К. Маркса - «люмпенов». По данным экспертов, в составе указанной группы есть до 10 млн. человек трудоспособного возраста, которые просто не хотят работать.
Как по этому поводу сказал в 1933 году Президент США Франклин Делано Рузвельт: «Наша главная задача – заставить людей работать». Президент РФ В.В. Путин в 2020 году отметил: «Самая главная задача экономической политики – восстановить уровень занятости, дать людям возможность работать, зарабатывать, обеспечивать свои семьи».
Напомним, что число бедного населения, как правило старшего нетрудоспособного возраста (с доходами ниже прожиточного минимума в размере 17 146 рублей), по данным статистики за 2025 год составляет 9,8 млн. человек или 6,7 процентов населения, а по нормальным физиологическим прожиточным условиям – составляет примерно в три раза больше.
Для сравнения, по статистике в США, в одном из богатейших государств мира, бедность остается серьезной социальной проблемой, и бедными признаны 40 млн. человек или 11,8 процентов населения (реальные цифры по экспертным оценкам – значительно выше). В странах ЕС – около 93,3 млн. человек находятся под риском бедности или социальной изоляции, что составляет 21 процент населения (прим. ред.).
Таким образом, профессиональный политэкономический анализ приводит к актуальному политическому выводу. При этом политэконом действует, не как политик, а как ученый, социальный мыслитель, экономический идеолог и не подменяет избранных или назначенных руководителей.
И если у политэконома есть сердце, ум и гражданская позиция, он не может в полной мере оценивать положительно ситуацию, когда даже при экономическом росте и низкой инфляции, демография населения ежегодно сокращается на сотни тысяч человек, в т.ч. из-за превышения смертности над рождаемостью. Это самая тревожная реальность в России последних четырех десятилетий.
Как правило, проекты обсуждают до принятия решения, а после их выполняют, подчиняясь коллективному решению, постановлению, закону или уставу. Вместе с тем, общественная наука также не может быть политически или идеологически нейтральной. Она может не давать практических рекомендаций, т.е. она будет сугубо позитивной, но постановка и выделение тех или иных проблем уже склоняет общественное мнение к определенным оценкам и решениям.
И в этих публикациях также стоит различать академические прогнозы, экспертные оценки специалистов по проблемам развития общества (объективности и обоснованности научных школ и исследований) от журналистских обзоров, публицистики, размышлений и предположений (к воздействию и отражению общественного запроса, социального заказа, агитации и пропаганды, ангажированной пристрастности, субъективности и предвзятости – как нормы) профессиональной оплачиваемой работы. По этой причине, в том числе, произошло снижение интереса к печати, газетам, радио и телевизионным передачам.
Одним из первых, кто сформулировал идею правления образованных мудрых людей, ученых, был Платон в работе «Государство» (360 в. до н.э.), где государство – есть выражение идей справедливости с тремя сословиями: правители – философы (управляющие государством), воины – стражи (защищающие государство) – и производители товаров и услуг (обеспечивающие материальные потребности общества).
Современные ученые и общественные деятели говорят о необходимости взаимодействия науки и власти, о том, что наука должна помогать политике, а не подменять ее в связке: теория- – практика – управление – государственная политика. Здесь необходимо сохранить баланс: наука дает объективные данные и прогнозы, которые с государственными приоритетами и ограничениями (бюджетными, социальными, политическими, хозяйственными, этическими и др.) предопределяют управленческое решение с участием экспертов, чиновников и представителей гражданского населения.
Экономическая политика государства также есть выражение определенной экономической идеологии (т.к. государство не может быть без идеологии в общественной, политической и экономической жизни, при этом статьей 13, часть 2 Конституции России установлено, что «никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной» - прим. ред.), тех или иных теорий и концепций, сформулированных в научных или политических трудах. Или просто в головах государственных деятелей тех стран, где общественная наука развита слабо, и правящие деятели опираются, главным образом, не на результаты науки, зафиксированные в монографиях и учебниках, а на собственное понимание и интуицию, но прежде всего на житейский опыт и национальные традиции. Справедливо такое общество называют традиционным. Но в традиционном обществе, как известно, нет науки политической экономии.
Политическая экономия базирует свои исследования и выводы на изучении и анализе теорий и концепций, которые уже стали историей и в той или иной мере воздействовали на формирование определенной экономической политики.
Таким образом, политическая экономия есть по сути дела экономическая идеология наиболее прогрессивного класса в классовом обществе, т.е. в обществе, которое осваивает товарное производство и рыночный механизм отношений (как признаки капиталистического буржуазного общества).
Когда – то таким классом была и во многом сегодня остается буржуазия (господствующий социальный класс, владеющий капиталом, который эксплуатирует наемный труд и присваивает прибавочную стоимость в результате труда), и политическая экономия была идеологическим обоснованием и прикрытием ее борьбы за господствующее положение в обществе.
Когда такое государство было достигнуто полностью в ХХ веке (если брать христианский мир, то окончательно феодальные отношения в нем были сломлены только в 1917 году Октябрьской Революцией в России), то политическая экономия как таковая перестала развиваться, но окончательно не утратилась.
В ее поле зрения оказались проблемы не развития рыночных отношений и товарного производства, а наоборот, проблемы государственного регулирования рынка, его ограничений, «провалы рынка», экономические и финансовые кризисы капитализма, а также политэкономия производственных, распределительных отношений и социализма как общественно-экономической фармации в целом.
Класс, который оказался заинтересованным в этих проблемах, - не столько рабочий класс, сколько вообще трудящиеся или, точнее, средние слои современного (во многом деполитизированного, асоциального и потребительского) общества. Политически их интересы состоят не столько в поддержании рыночного равновесия и рыночного регулирования (хотя в какой – то части это тоже их интересы), сколько в укреплении государства и государственной или общественной поддержки таких нерыночных сфер как культура, образование, наука, искусство, здравоохранение и др., поскольку либерально-потребительское общество, на примере России 90-х годов, понижает в целом уровень духовности, производственной и бытовой культуры, образования, дисциплины и нравственности.
Эти политические интересы в современном западном обществе представляет в основном социал – демократия. Наряду с этим, в последние десятилетия ХХ в. и в начале XXI в. широкое распространение получила массовая культура, ориентированная своими произведениями в основном на усредненный, интеллектуально не усложненный, полумаргинальный, преимущественно развлекательно - познавательный уровень развития массовых потребителей материальных и духовных ценностей.
Массовость распространения произведений здесь не совпадает с сущностью народного начала в культуре, основываясь не на содержании, а на формальных, количественных признаках – массовые, конвейерные способы производства, распространения и потребления.
И элитарная, и массовая культура, и субкультура, и кич, и хайп со всеми своими разновидностями, пропагандируют различные нормы и образцы поведения, а поэтому оказывают и разнонаправленное влияние на социодинамику социальной структуры (упорядочение строения общества и взаимосвязей), контроль за мерой труда и мерой потребления, размещением производительных сил и регулированием производственных отношений, дисциплины труда, законности с защитой гражданских прав и духовно-нравственное единство, при общепринятой нормативной культуре, определяющей стандарты поведения и определенные социальные действия ( прим. ред.).
Поэтому представляется, что актуальный вывод из современной политической экономии, социологии семьи, культуры и коммуникаций общественной жизни в основном возможен в понятиях и категориях социал-демократизма, понимаемого не в качестве партийно – политической доктрины, а как социально-экономической концепции современного общества и его управления на данном историческом этапе.
Что такое социал-демократия, ее идеология и общество? Это идеология и философия создания, посредством демократических реформ, на переходном этапе развития общества, определенного уровня качества жизни населения, элементов социальной справедливости и равенства, путем создания либерально-демократического и социального государства с использованием смешанной социально-ориентированной регулируемой рыночной экономики, сохранением товарного производства, эксплуатации и классового общества и в конечном результате – власти не народа, а буржуазии (как, например, т.н. «Скандинавская модель» - Швеция, Норвегия, Дания) со своим западным пониманием т.н. «свободы и демократии».
Поскольку форма присвоения результатов общественного труда остается частно-капиталистической, основное противоречие капитализма между трудом и капиталом остается. Более высокий уровень жизни общества, чем в неразвитых капиталистических и даже развивающихся странах, не спасает развитые капиталистические страны от политических, экономических и социальных конфликтов, противоречий в распределении получаемого прибавочного продукта, проблем социального неравенства, несправедливости, преступности, несоблюдения гражданских прав, недостаточной дисциплины и законности, усугубляемых господством власти капитала и олигархического коррупционного влияния на жизнь общества. (прим. ред.).
Публикуется по материалам: Воейков М.И. Политическая экономия: очерки и этюды, - СПб,: Алетейя, 2015. – 312с. в сокращении, с примечаниями и дополнениями.
Экономическое отделение ПАНИ